Чехия — это удивительная страна, которая привлекает туристов своей уникальной атмосферой и богатым культурным наследием. Прага, её столица, словно ожившая сказка, с узкими улочками и величественными зданиями, которые рассказывают о многовековой истории.
Провести ночь в погребе
Посиделки в домашнем винном погребке где-нибудь на юге Моравии — это вам не посещение Салона вин ЧР или изысканная дегустация на кухне средневекового замка, превращенного в модный гастрономический отель. Это — этнографическое приключение для открытых душой! Для людей азартных есть другое развлечение — биткойн казино. Играть можно прямо дома, а пополнять счет и выводить выигрыш при помощи криптовалюты.
Со спуском в пахнущий мхом и плесенью тесный погреб — с несколькими помеченными мелом бочками и парой полупустых стеллажей — завешанный по стенам загадочными шлангами, градусниками, крючками и прочими «наворотами» многовекового народного промысла… С последующей дегустацией бесхитростного, но сногсшибающе пьяного домашнего вина, добытого из бочки при помощи «коштыря» (похожий на флягу стеклянный сосуд на длинной стеклянной же «ноге»): сначала, еще в погребе, под традиционные сыр и хлеб (никакие «лишние» ароматы не должны отвлекать вас от «букета» сокрытых в этих бочках сокровищ!), затем — уже за столом, у уютнейшего камина, под самые немыслимые с точки зрения винного гурмана закуски — от сарделек со шпеком и хрустящих шкварок до платы с орехами и корзинки со сдобными булочками «бухтами», испеченными хозяйкой в деревенской печи.
Непременный элемент и гвоздь программы в таких посиделках — хозяин дома и погреба, хмелеющий к исходу мероприятия совсем по-русски, то есть в стельку, а оттого овладевающий любым иностранным языком на уровне героев «Особенностей национальной охоты», короче, свой человек. И, конечно, небольшой, но оглушительно искренний оркестр деревенских музыкантов, исполняющий на национальных струнных инструментах самые удалые и лирические народные песни, трогающие обнаженную нефильтрованными виноградными кислотами душу до сладких слез и легких мурашек.
Прикоснуться к истокам…
…славянской культуры можно в местечке, скромно обозначенном на чешской карте, чуть севернее столицы Моравии Брно, коротким словом Křtiny — что в переводе, как несложно догадаться, означает «Крестины» — и не просто так. Теперь здесь находится жемчужина моравской сакральной архитектуры — построенный в XVIII веке по проекту знаменитого архитектора Джованни Сантини восхитительный Марианский храм, и ежегодно сюда стекаются тысячи паломников. А начиналась легендарная история Крштинской долины еще в IX веке, когда здесь проповедовали… Кирилл и Мефодий.
Легендарные солунские братья, прибывшие в Моравию из Византии для перевода священных текстов с греческого на славянский язык, не только дали миру в результате своей просветительской деятельности новый алфавит (правда, ныне забытый — глаголицу), но и основали письменность на старославянском языке — предшественнике всех современных славянских литературных языков. Чехи их память чтят (в череде государственных праздников даже отмечается День славянской письменности — 5 июля, нерабочий в ЧР), а место, в котором святые крестили их предков, считают древнейшей и одной из самых ценных святынь.
Кстати, в замке при храме устроена очень уютная гостиница, а буквально в нескольких сотнях метров находится прелюбопытная пещера Выпустек (Крштины расположены в заповедной области Моравской карстовой системы): во время Второй мировой войны в ней работал немецкий военный завод, а после войны и вплоть до 2011 г. скрывался секретный бункер войск сначала ЧССР, а затем и независимой Чехии. Оборудование бункера осталось практически нетронутым — и впечатляет своей немузейной подлинностью.
Взглянуть на Пражский град с противоположного берега Влтавы
А точнее — с площади перед мостовой башней, там, где заканчивается Карлова улица и начинается Карлов мост — став у памятника тому самому Карлу Великому, императору Священной Римской империи и чешскому королю. Именно отсюда, куда обычно вас выносит толпой туристов, текущей по узким улочкам пражского Нового места, эта панорама вдруг предстает во всей своей неописуемой словами никакого, даже самого поэтичного, языка красоте — и поражает, и останавливает на миг дыхание, и впечатывается в память ярчайшей пластичной фотографией. Поверьте, не сравнимой с моментальными снимками, сделанными даже самой передовой фототехникой.
